напряжение нагого безмолвия,тайный взгляд безглазого камня,треугольный нос корабля или птицы —и обозначился дивный портрет:у одиночества такой же лик,такая же прямизна у пространства,у далей такая же прямоугольная ясность.
VII. Остров
После этого гиганты размножилисьи, не сгибая спин, разбрелись,заселили каменными носами весь острови старательно обзавелись потомством —детьми ветра и лавы, внукамипепла и воздуха, и обошлисвоими ножищами весь остров.Ни разу до этого так не трудилсясвоими руками бриз,своею злобой циклон,Океания своим постоянством. Огромные чистые головы,высокие шеи, суровые взгляды,гигантские челюсти, затвердевшиеот гордости за своё одиночество —статуи,надменные,погружённые в думы. Суровые величественные затворники,кто осмелился, кто осмелитсяспрашивать, допрашивать этивопрошающие изваяния? Они — как распыленный вопрос,летящий за пределы этой теснины,покидающий узкое бёдрышко острова,обращённый к огромному морю,к душе людей и к её отсутствию. Некоторым изваяниям не довелось подняться,их руки не обрели формы, и они осталисьв кратере, дремлют,всё ещё покоятся на известковой розе,не поднимая глаз на море,гигантские порождения горизонтального сна —они всего лишь каменные личинки тайны:здесь их оставил ветер, когда убегал с планеты,когда перестал производить из лавы детей.
VIII. Остров
Лица, низвергнутые в самом центре,разбитые, павшие, большие носыврезались в известковый панцирь (гиганты —на кого показывают, на никого?),а рядом диковинная тропа гигантов:
